нотная тетрадь,.. И кружева королевы Виктории... От прошлого.Стараясь не разбудить хозяйку, Серж осторожно сполз с постели.В кармане пиджака недопитая плоская бутылка. Это Жюль позаботился. Как он, бедняга, добрался до своего парохода?.. Наверное, уже ушел в море.
Хорошо, что с утра можно выпить, почувствовать прилив бодрости и как-то начать ненужный день.Несколько глотков останется и для «королевы Виктории». Серж нагнулся, поднял кружево, бережно сложил его на туалете, поставил рядом недопитую бутылку и вышел.
Туман...Желтой медью плавятся фонари у входа в театр. Но что ему до театра, до Алин? Случайно приплелся сюда. Разве он думает об Алин? Ему все равно, примадонна она или нет. Может, давно уехала в Париж. Прошлое, как смытая дождем афиша...
Холодные огни театра — огни другого мира. В порту они проще, уютнее...Бармен, вероятно, знает, ушел ли в море Жюль... Неужели опять дождь?.. Бывает, иным повезет — заснут, не подозревая, что им уже не проснуться. И ему бы так, ничего не подозревая, лечь на скамью...
Проклятый дождь!..Вымокнешь, околеешь от холода в сквере. Будь он француз, выбрал бы уголок потеплее — где-нибудь возле отдушины. Но все эти места у ажанов на примете. Нель-
зя рисковать...Однако до ночевки на скамье еще далеко. Надо поскорее добраться до кабачка. Если б хватило сил идти быстрее... Теплый, густой табачный дым над столиками. Каждой клеточкой тела чувствуешь живительное тепло. Расслабить плечи, ноги, руки, сведенные холодом.
Бармен почти благосклонен: утром, перед уходом в море, забегал месье Жюль. Вот просил передать..
На стол легли монетки. Смешной Жюль!.. Остатки его жалованья. Но он, Серж, не возьмет денег!.. Удивленный взгляд бармена.
Разве что стаканчик. Сержу кажется, что не он, кто-то другой попросил тот стаканчик. Но удивление на лице бармена уже сменилось снисходительной усмешкой.
Нет, нет, Серж вернет деньги другу. Непременно.