конечно, именно это погубило его.
Даже когда все рушилось, когда вокруг остались одни осколки, ему и в голову не приходило сразу подвести черту. А бедняжка Алин надеялась. Надеялась хоть что-нибудь сохранить от прежнего. Хоть его имя.
Да, именно так она думала, потому что наступило время, когда он увидел Алин такой, какой она была на самом деле. Не придуманной им самим.
А до той роковой поры он, сам того не сознавая, заставлял ее говорить то, что хотел услышать, чувствовать так, как чувствовал он. Ради той, созданной им женщины, он отрешился от всего, что называлось жизнью, приковал себя к роялю. Ради нее добивался успеха. Долгие годы она жила в его музыке, и всем, чего достиг, он был. обязан Алин, чувству, которое пробудила она...
Миром правит прекрасное... Музыка — откровение!.. Как проникновенно произносила это Алин. Прекрасная, как нимфа, Алии,— отзывались о ней окружающие. Брак с русским пианистом тоже прибавил очарования ее облику.
Неудивительно, что за ней тянулся хвост поклонников.: Они нужны были ей, эти поклонники, как цветы, костюмы и украшения. Только для артистической карьеры, мой милый Серж...
И, о боже, какой банальный конец— любовник в супружеской постели!.. Настолько банальный, что напрашивалась лишь одна фраза: что ж тут такого?!
«Что ж тут такого? Не ты первый, не ты последний»,— чересчур уж беззаботно сказал Жюль. Он, бедняга, сидел тогда на мели. Война. Безработица... Изредка случайный заработок в порту.
Что ж тут такого... Да ничего!.. Ничего, потому что отнюдь не это послужило причиной разрыва. Все было гораздо проще и гораздо сложней и началось задолго до истории с супружеской неверностью. Если совсем честно, то измену Алин нетрудно было оправдать. Слишком уж холодными и безрадостными стали их отношения. В страшные годы войны иногда сразу, иногда исподволь Обнажались человеческие души. Первое время Алин с ненавистью, с презрением говорила