с Вавиловым. Но куда придешь среди ночи... А утром они с Вавиловым решат, как быть дальше...
Серж бережно листал блокнот. Он знал, что ни одна фраза, ни одно слово не ускользнули от его внимания, и все же принялся перечитывать с первой страницы. Теперь уже, оценивая слова Кравченко, анализируя поступки отца, Серж пришел к выводу, что главным в характере капитана было чувство собственного достоинства. Оно определяло все его поведение. И в других он тоже превыше всего ценил эту черту характера.
Не умел и не желал капитан пресмыкаться...
Нигде! Ни перед кем...

ГЛАВА 4
...В тишине ночи позвякивал кран, постукивали на стыках колеса проходившего где-то внизу состава, а Сержу чудилось, словно он не в гостиничном номере, а в каюте «Цесаревича». И ему решать, как некогда пришлось решить отцу, как жить дальше. Все кругом рушится. Рушится привычная жизнь, и взятое с боя — Капитан! — теперь роковым образом поворачивается, против него самого. Сомнения, тревоги, страх за семью... Что ждет же-
ну и сына в голодной России?! Минное поле —выход только для него. Только для него одного... А семья?..
Он не смел сдаваться, как-то действовал, уходил из плена, уходил от крайнего, принятого в минуту гнева решения...
Неожиданно легкий солоноватый ветер ворвался в окно, донес откуда-то песню, простую и ясную, как утренний воздух. И, слушая, Серж незаметно для себя уснул.
Разбудил его стук в дверь.
— Ну и спите же вы! — воскликнул Вавилов, входя в номер.— Я уже уйму дел переворотил, в море выкупался, хорошие новости раздобыл...—Он распахнул ворот'клетчатой рубашки, сиял соломенную кепку с влажных светлых волос и старательно вытер платком лоб.
Вместе с Вавиловым будто порвалась в номер бодрящая свежесть.
- Я все прочел, Юра. Это необычайно интересно, и, думаю, каждый захочет узнать, как в дальнейшем сложилась судьба людей, о которых рассказал Кравченко.
— А мы расскажем.