одним человеком и звать обоих буду Артур, одного из вас ведь так и зовут, тебя, что ли?» - «Нет, - сказал тот, - меня звать Иеремия». - «Не важно, - сказал К., - все равно буду обоих звать Артур. Пошлю куда-нибудь Артура - вы оба и пойдете, поручу Артуру работу - оба за нее возьметесь, конечно, мне очень невыгодно, что я не могу вас использовать на разных работах, но зато удобно: за все, что я вам поручу, будете нести ответственность вместе, нераздельно. Как вы работу поделите - мне безразлично, только никаких отговорок от каждого в отдельности я не приму, вы для меня - один человек». Оба подумали и сказали: «Нам это будет очень неприятно». - «Еще бы! - сказал К. - Конечно, вам должно быть неприятно, но так оно и будет». Уже несколько минут К. наблюдал, как вокруг их столика крадучись бродит один из крестьян, и, вдруг решившись, он подошел к одному из помощников и хотел что-то шепнуть ему на ухо. «Простите, - сказал К. и, хлопнув рукой по столу, встал, - это мои помощники, у нас сейчас совещание. Никто не имеет права нам мешать!» - «Ох, виноват, виноват!» - испуганно проговорил крестьянин и задом попятился к своим товарищам. «Одно вы должны строго соблюдать, - сказал К., снова садясь на место, - ни с кем без моего позволения вы разговаривать не должны. Я здесь чужой, а раз вы - мои старые помощники, то и вы тут чужие. Поэтому мы, трое чужаков, должны держаться вместе. По рукам, что ли?» Оба с готовностью протянули ему руки. «Лапы уберите, - сказал К., - а мой приказ остается в силе. Теперь я пойду сосну, да и вам советую лечь. Сегодня у нас пропал рабочий день, а завтра надо начинать пораньше. Достаньте сани, на них поедем в Замок, и чтобы к шести утра сани стояли перед домом». - «Хорошо», - сказал один, но второй вмешался: «Ты говоришь «хорошо», а сам знаешь, что это невозможно». - «Тихо! - сказал К. - Вы, кажется, затеяли действовать вразнобой?» Но тут снова заговорил